ЭРОТОЛОГИЯ НАШИХ ДНЕЙ

В последней четверти XX века эротическая культура окончательно легализовалась в Америке и в Европе. Секс перестал ассоциироваться только с публичными домами и любовницами, вернее, потребность в разнообразном и эмоциональном сексе между мужчиной и женщиной стала всё в большей мере удовлетворяться в семье. Правда, публичных домов не стало меньше, так как многие постепенно перешли на другие формы обслуживания - на удовлетворение нестандартных потребностей и фантазий, хотя и обычным проституткам работы хватало. Но главное - в обществе всё смелее стали говорить о супружеском сексе, о том, что со своей половиной можно не только продолжать свой род, но и получать сексуальное удовлетворение, и это, к счастью, нашло своё отражение в массовом искусстве.
При снятии табу с секса не обошлось, разумеется, без перегибов, в результате которых подростки через псевдоэротику и порнографию знакомились с психосексуальными отклонениями и извращениями раньше, чем получали необходимые знания об интимной жизни супругов. И в результате такой резкой перемены отношения общества к сексу, подросткам стало ещё труднее ориентироваться в вопросах секса. А ведь именно в этом возрасте у человека вырабатываются основные стереотипы сексуального мышления и поведения. Конечно, информация не может быть вредной, но ведь эротическая и порнографическая продукция содержит в основном (из конъюнктурных соображений) всяческие фантазии. А научиться по ним правильному сексуальному поведению практически невозможно. К тому же, резкая легализация секса в условиях отсутствия традиционной эротической культуры, когда родители зачастую хуже информированы в вопросах секса, чем их дети-подростки, и вовсе дезориентировало общество и привело к другой крайности. Причём не только подростки запутались в вопросах секса, но и взрослые, ведь даже в популярной эротической литературе и в кино нормальные способы сексуального удовлетворения были настолько переплетены с нестандартным сексуальным поведением, что понять, где норма, а где неприемлемые формы сексуальности, просто было невозможно. Да и показывались, в основном, похождения аморальных сексуально свободных личностей. Не говоря уже о том, что некоторые авторы в открытую противопоставляли “настоящий” секс супружескому, пропагандируя случайные и бездушные половые связи.
К примеру, автор, скрывающийся под псевдонимом Эммануэль Арсан, так романтизировал сексуальные похождения своих героев, что с неграмотной подачи журналистов имя Эммануэль стало, чуть ли не синонимом женственности. И на этом “идеале” выросло уже целое поколение. Поэтому нередко среди молодожёнов можно услышать такое мнение: “Свою половину я люблю стабильно, но в эротической обстановке с другими знакомыми у меня может вспыхнуть страсть и я не откажусь от секса с ними. Но я не считаю это супружеской изменой, я даже могу рассказать об этом своей половине, и рассчитываю на понимание с её стороны”. Причём так думают не только мужья, что было бы не так уж и неожиданно, но и жёны. Да и довольно сложно понять, в чём же смысл “стабильной” любви к своей половине, когда в любой подходящий момент можно трахнуться с другим человеком. А как быть с венерическими болезнями и СПИДом, которыми можно заразить всю семью, даже будущих детей? Неужели понятие “стабильной любви” не включает в себя даже ответственности перед самыми близкими людьми? Хотя, если вспомнить книгу, в которой дети Эммануэль облизывали член её друга (при живом, как говорится, муже), станет понятно, что такое отношение к любви – ощутимый результат перегибов в вопросах сексуальности. Но не только. Это – ещё и результат отсутствия элементарных знаний о супружеской любви. Так что обвинять молодых людей не в чем, ведь они всего лишь отражали отношение общества к вопросам брака и секса.